The Witcher 3

Окрестности Визимы окатило пламенеющим закатом. Грязь на разбитых дорогах казалась застывшей кровью, а лужи запекшейся крови по цвету напоминали хорошо выдержанный каэдвенский стаут — сложно было представить, что когда-то эта жижа текла в жилах солдат и коней. Крестьяне неспешно завершали дневные работы в садах и на разоренных войной полях. «Нам опять придется печь хлеб из травы, армия забрала все наше зерно», — сетовала одинокая селянка.

Горести местного населения не сильно волновали ведьмака. Он вполне себе сочувствовал им, и даже имел удовольствие обсудить с заезжим ученым-историком то, как тяжело страдает мирный люд во время войны; но разговоры разговорами, а своя рубаха ближе к телу. Тем более что суеверные и озлобленные крестьяне не спешили демонстрировать радушие и толерантность к чужакам. Стоит ли говорить, что местные встретили ведьмака не хлебом-солью, а запахом перегара и потасовкой? Встречавшие, впрочем, получили по крепким крестьянским черепам и улеглись отдыхать в тени забора…

Сельская местность всегда неплохо кормит ведьмаков. Утопцы, гули, полуденицы и полуночницы — с ними деревенские не справятся никак. Они и от диких собак отбиваются с трудом, что уж говорить о тварях хитрее и свирепее? Тут нужен,  специалист, профессионал, а не первый попавшийся увалень с дубиной. Скажем, наведается сельские могилки разрывать кладбищенская баба, как с ней справится простому мужику — вилами затыкать? Да он, скорее, от одного ее вида подштанники запачкает (если они есть).

Но ведь наглая деревенщина пошла какая! За каждый контракт торгуется, будто на рынке цыплят покупает. Иные, пожалуй, готовы и семью свою гулю скормить, лишь бы не платить за выполненную работу. И жалко вроде — война, голод, а постоянно благотворительностью заниматься нельзя: кузнецы за починку брони и мечей берут изрядно, зелья тоже не из воздуха появляются. Приходится трясти несговорчивых, причем — каждый раз.

В городах дела обстоят не лучше. Горожане считают, что от утопцев в канализации и хитрых тварей вроде вампиров их защитит стража. Или наемники. Или вечный огонь и охотники на ведьм… 

После выхода Fallout 4, можно с полной ответственностью сказать, что именно завершающая часть трилогии о ведьмаке Геральте заслуживает заезженного титула «игра года». Тоскливо, правда, становится от мысли, что повторить такое впечатляющее достижение будет невероятно сложно. Я более чем уверена, что и CD Projekt, заслужив внимание всего мира и заработав хорошую репутацию у игроков, потеряет мотивацию делать настолько качественные игры.

Естественно, The Witcher 3 абсолютно не стоит переоценивать. Игра хороша, но имеет и недостатки в виде ужасного интерфейса и багов. Опять же, провальный момент с графикой стоит отдельного упоминания (тем не менее, окончательная игра выглядит красиво на любых настройках). Мне хотелось бы сконцентрировать внимание не на всех этих банальностях, а на самой сильной части TW3 — повествовании.

Говоря банально, повествование,  те истории истории, которые люди рассказывают друг другу — это самая важная часть культуры и основа современной человеческой цивилизации. Мы объясняем сами себе окружающий нас мир и превращаем объяснения в некий текст произвольной формы, который становится маленьким кирпичиком глобального сознания. Потом эти объяснения можно использовать заново, и применять их уже к реальности. Видеоигры могли бы быть идеальной, объемной формой такого «кирпича», но коммерциализация принудительно снижает планку, до которой разработчики игр должны «допрыгнуть», создавая свои истории. Получаются однодневки, пустышки, бессмысленная последовательность штампов в красивой (или не очень) обертке. У употребившего их единожды остается только пластиковая упаковка, еще один компонент для этакого огромного мусорного острова. Упрощения, структурные противоречия, вульгарность, пошлость подаются как единственное зрелище, которого играющие массы могут понимать вообще. Как будто те же самые «массы» не читают классическую литературу, а от классической музыки сразу же испытывают обильное внутричерепное кровотечение.

«Ведьмаку» повезло: книги Спаковского и игры по ним стали объектом культурного наследия и гордостью польского народа. Как вы знаете, вторую часть игры подарили  Бараку Обаме — столь весомым символом никакая игра еще не становилась. Поляки сделали нечто, что на голову превзошло все остальные вышедшие в этом году игры. Они создали историю — о себе, своей культуре, о том, какими они хотят видеть себя, как когда-то Маркес выдумал Латинскую Америку. Да, допустим, оригинал этой истории написал не Толстой и не Достоевский, не Мелвилл и не Сенкевич. Но «Ведьмак» получился живым и самобытным, что гораздо важнее.

Реклама

Об авторе derprimus

В свободное время я занимаюсь каннибализмом и ритуальными расчленениями. Кроме вторников.
Запись опубликована в рубрике наше мнение с метками , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Выдать комментарий на-гора:

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s